Будущее

Будущее демократии через войну в Украине


Какое будущее демократии? Рассуждать об этом точно нужно через войну в Украине. Оплот демократии в мире- США. С позиций американских ценностей будущее демократии анализирует американский эксперт Мартин Гурри. Он пишет, и часто резко и нелицеприятно не только в отношении политики российского президента Владимира Путина, но и американского Джо Байдена. Здесь четко видны американские ценности и интересы. Тем статья и интересна независимо от идеологических предпочтений читателей.

Близкий к оригиналу текст автора выглядит так:

Мы стоим на пороге больших перемен. В. Путин- самый агрессивный враг демократии в современном мире, совершил историческую ошибку, отдав приказ о вторжении в Украину. Русский медведь попал в капкан; его отчаянные метания в поисках спасения, возможно, уже начались.

Страны демократического Запада подошли к концу двух десятилетий {нового века }, которые стали свидетелями нарастающего кризиса доверия, разобщенности и слабости, примером которых является катастрофическое бегство американских войск из Афганистана. Они могут выйти из этого решающего момента в позиции доминирования не только в отношении России, но и всех антидемократических сил, включая Китай. Страдания в Украине могут трансформироваться в родовые муки лучшего мира, элементы которого видны уже вдали.

Потенциал для обширного разворота имеет столь же большое предостережение. Политическое руководство в западных демократиях остается сбитым с толку и реактивным. Администрация Байдена, в частности, совершенно не способна вести идеологическую борьбу. Она была захвачена людьми, которые считают Соединенные Штаты великим сатаной угнетения и расизма как дома, так и за рубежом. Если американская демократия является маской для превосходства белых, то тех, кто выступает против нее, следует рассматривать как достойных противников на их стороне. Презренная позиция администрации { США} по отношению к Ирану отражает эту своеобразную форму ненависти к себе.

Кроме того, существует довольно полное отсутствие понимания того, как устроен мир. Барак Обама в свое время утверждал, что строит международный порядок, «основанный на правилах» — достаточно глупая фраза, чтобы противостоять таким, как Путин или Си Цзиньпин. Со своей стороны, Джо Байден, похоже, на лету придумывает внешнюю политику. Он отнесся к российскому вторжению в Украину как ко второму пришествию Covid-19: в обоих случаях общественное мнение запаниковало, и он применил самые крайние меры, не останавливаясь, чтобы спросить, какие из них были наиболее эффективными. По сей день Байдену не удалось сформулировать интересы и стратегические цели США в конфликте.

Скептицизм в отношении наших ребяческих элит оправдан. Они — лучшая надежда Путина. Но речь идет о долгой игре, и сочувствие бедственному положению Украины пробудило в западной общественности новый настрой. С разных точек политического спектра раздаются похвалы общим ценностям и институтам либеральной демократии, которые всего месяц назад попали бы под подозрение в империализме, если не в расизме. Если повезет, политический класс пойдет по стопам народа.

Каким будет завтрашний день и будущее, если наши лидеры, их союзники и преемники воспользуются всеми преимуществами в стоящей перед ними глобальной ссоре? Являясь исследованием области возможностей, анализ предполагает, что так оно и будет. Похоже само собой разумеющееся, что превосходство либеральной демократии достаточно очевидно, чтобы исключить самобичевание — хотя, конечно, не самокритику. Если на самом деле украинская война знаменует собой грандиозную перестройку систем и наций, то нам следует четко понимать, кто мы, чего мы хотим и как мы этого добиваемся.

Исторический контекст и ситуация на местах, чтобы понять будущее

Распад Советского Союза ослабил чары идеологии, но не положил конец геополитической борьбе. Путин, придя к власти, провозгласил псевдоидеологию, полностью персонализированную под его геополитические пристрастия. Не хочется тратить время на мутные догмы путинизма: короче говоря, они повлекли за собой длинный список обид на несправедливости, обрушившиеся на Россию, и искреннее отвращение к западным демократиям как к корню всего этого зла. Они же послужили поводом для его военных авантюр.

В августе 2008 года Путин развязал первую войну на европейской земле 21 века, растоптав Грузию и отрезав от нее русскоязычные регионы. Президент Джордж Буш-младший, собирающийся уйти в отставку и наказанный Ираком, назвал нападение «неприемлемым», но принял его, пожав плечами. Европейцы ничего не сделали. Но Путин это заметил.

В феврале 2014 года Россия вторглась и аннексировала Крымский полуостров, который формально принадлежал Украине. В ответ президент Обама отодвинул Путина на «неправильную сторону истории», но не сделал ничего существенного. Европейцы ломали руки.

В сентябре 2017 года Россия вмешалась в сирийскую гражданскую войну, вложив сухопутные, морские и воздушные силы в усилия по спасению жестокого режима Асада. Президент Обама предупредил Путина, что он попал во вьетнамскую «трясину», но ничего не сделал, чтобы воспрепятствовать возвращению России в восточное Средиземноморье после 40-летнего отсутствия. Тем временем Европа смотрела в другую сторону.

Нынешнее нападение на Украину произошло в историческом контексте. Каждый раз, когда Путин продвигался вперед, глобальные противники, которых он так глубоко презирал, делали шаг назад. Его агенты испробовали все уловки, чтобы посеять смятение и разобщенность среди демократий, но за это не пришлось платить никакой цены. Когда Путин наблюдал за действиями президента Байдена в Афганистане, он, должно быть, небезосновательно пришел к выводу, что ни декадентские США, ни разрушенная Европа не встанут на пути стремления России к власти.

Однако решение о вторжении содержало фатальный просчет. Путин, видимо, поверил в собственную идеологическую чепуху. В результате он сильно переоценил эффективность российской военной мощи и не смог учесть жестокость украинского сопротивления.

Ко второму месяцу войны обстановка на местах становилась все более предательской для агрессоров. План быстрой, сокрушительной победы провалился. Альтернативой является неустанное движение вперед в стиле любимого Путиным исторического эпизода: победа Сталина над нацистской Германией во Второй мировой войне. Но Путин — это не Сталин, а Россия в 2022 году — это не Советский Союз 1945 года. Все и вся уменьшились.

Сегодня русские могут продвинуться и продержаться лишь до поры до времени. Путину же будет практически невозможно отступить даже под прикрытием переговоров. Учитывая его политический имидж мстителя за оскорбленное достоинство России, у него будет искушение драться до последнего солдата, до последней пули, до последнего рубля. Однако эти ресурсы будут исчерпаны в течение нескольких месяцев, а не лет. Хотя российские войска все еще могут захватить Киев и установить там марионеточное правительство, это только сделает войну менее устойчивой, экспоненциально увеличив ее стоимость.

Впервые в этом столетии наступление тирании было остановлено хладнокровно. Поскольку потери в России, как говорят, чрезвычайно велики , а российская экономика пострадала от западных санкций, будущее вполне возможно привнести разворот импульса. Каскад неудач, ведущий к падению путинского режима, можно, как минимум, развлечь. Такова новая реальность, с которой сейчас столкнулись демократические страны.

Пять откровений об отношениях США с Россией

Война на Украине была подобна вспышке молнии, обнажающей суровый и незнакомый ландшафт. В течение многих лет Соединенные Штаты наивно воображали, что превзошли историю, что США существуют на более высоком уровне, чем мраморные и бронзовые герои, чьи статуи были опрокинуты. Дикость в Киеве и Мариуполе, бесконечно повторяемая в сети, положила конец таким заблуждениям.

Американские войска не принимают непосредственного участия в конфликте. Так и должно быть. У американцев есть моральный долг поддерживать украинцев, но нет обязательств брать на себя путинскую заваруху. Точно так же американская мощь является единственной надежной защитой для тех стран-членов НАТО, которые граничат с Россией. Люди Америки стоят на передовой перед режимом, который неоднократно выбирал войну и беспредел. Как в человеческом, так и в геополитическом смысле ставки далеко не тривиальны.

Президент Байден заявил , что США готовы «защищать каждый дюйм территории НАТО». Учитывая постоянные рефрены президента о том, что война с Россией приведет к «Третьей мировой войне», следует убедиться, что намерения американцев ясны, а действия соответствуют их словам.

Будущее и предстоящий путь более опасны, чем представлялось ранее, но потенциально более благоприятны для дела демократии. Прежде всего, нужно понять изменившийся ландшафт: и начать, позвольте предложить, с откровений, сделанных во время войны.

ПЕРВОЕ: Россия — враг.

Тезис Обамы был сфальсифицирован кровью. Путинская Россия не является анахроничной неприятностью, которую США могут позволить себе оставить под благотворным влиянием истории. Это волк у двери. Китай может быть самым сильным потенциальным врагом [США ]; Путин, который держит палец на ядерной кнопке и имеет доступ к огромной стопке нефтедолларов, является настоящим врагом. Американцы должны помнить об этой разнице и относиться к России соответственно.

ВТОРОЕ: экономическая зависимость от врага — это геополитическое самоубийство.

По экологическим причинам Европа зависима от российской нефти и природного газа. Это может звучать как противоречие, но на самом деле это желание умереть. Зеленая мечта, которой особенно гордятся немцы, окупилась за вооружение, стирающее с лица земли Украину, которое, будь у него шанс, сделало бы то же самое с Германией. Если к НАТО нужно относиться серьезно, все страны-члены должны увеличить производство энергии из всех источников, пока они не смогут провозгласить независимость от России. Все остальное — пустой жест.

ТРЕТЬЕ: За демократическое будущее стоит бороться.

По иронии судьбы президент Украины Владимир Зеленский с благоговением упомянул гору Рашмор во время своего обращения к Конгрессу США. Статуи каждого из четырех президентов, высеченных на этой горе, были свергнуты, а их имена удалены из какого-либо элитного учреждения. Сегодня мало кто из здравомыслящих американских политиков назвал бы свое имя. Зеленский знает то, что многие из нас забыли: это война систем, а также наций, и что альтернативой американской демократии является не утопия, а Путин и бандитизм. Мы должны усвоить эту истину до того, как украинские мертвецы восстанут из могил, чтобы напомнить об этом.

ЧЕТВЕРТОЕ: Информация — оружие слабых.

У русских есть ядерные бомбы, множество высокотехнологичного оружия и большие батальоны на их стороне. У украинцев есть Зеленский и смартфон. До сих пор это не было конкурсом. Если бы не умелая информационная кампания украинцев, западные лидеры могли бы пойти [всего лишь ]на ханжеские осуждения, которые президент Обама предпочитал в своих отношениях с Россией. Вместо этого их собственная общественность заставила их оказать массированную материальную и разведывательную поддержку. Между тем, Путин — [ вспомните] тот самый абсурдно длинный стол и заявления о нацистах в Киеве — похоже, ведет против себя весьма эффективную информационную кампанию.

ПЯТОЕ: Демократическая Россия – наша стратегическая цель.

Украинцы заслужили право диктовать условия, на которых они примут мир. Давление Запада должно быть полностью направлено на русских: мы не должны заниматься спасением лица Путина. Но будущее с прекращением боевых действий не положит конец более широкому конфликту, и, если мы позволим нашему вниманию отвлечься, Путин восстановит равновесие и нанесет новый удар. Таков был образец его долгого и несчастливого правления.

Санкции должны оставаться в силе до тех пор, пока русские не предложат надежные гарантии. Необходимо поддерживать давление на режим. США должны ясно дать понять, что их долгосрочные интересы заключаются в том, чтобы мирная Россия интегрировалась с демократическими странами Европы. Даже если он уцепится за власть, Путин не будет жить вечно. Точно так же, как Украина означала пробуждение демократического духа на Западе, путинские годы могут стать прививкой россиянам против соблазна деспотов. Будущее появление демократической России не менее невероятно, чем распад Советского Союза. Мы должны четко отстаивать первое, как мы, вопреки всякой надежде, выступали за последнее.

Шарнир судьбы приходит с вопросительными знаками

Фрэнсис Фукуяма считает войну на Украине историческим поворотным моментом, который вызовет «новое рождение свободы». Найл Фергюсон, более осторожный ученый, отмечает, что история должна сначала повернуться , прежде чем мы сможем обоснованно говорить о поворотных моментах. Кажется, что кубик Рубика уже собрали. Победит ли Путин или потерпит поражение, возврата к довоенной норме быть не может. Вопрос в том, какой мир мы получим после того, как двери судьбы распахнутся на ржавых петлях. На данный момент инициатива принадлежит народам демократического Запада.

Место Китая в любой будущей схеме обязательно должно быть капризным и нестабильным. Си и его правящий класс поддерживают Путина и разделяют его стремление поглотить соседа — в данном случае Тайвань. Они справедливо считают демократию и нации, которые ее практикуют, самой постоянной угрозой выживанию их династических договоренностей. Тем не менее, коммунистические мандарины казались столь же шокированными, как и весь остальной мир, тем, что Путин ввязался в войну. Внезапное разрушение старого порядка оставило их неподготовленными и изолированными.

Вместо угроз с позиции бессилия, как продолжает делать президент Байден , антироссийская коалиция должна пригласить Китай в свой клуб. Его нейтралитет, если его честно соблюдать, станет для Путина сильным ударом. Любая материальная поддержка агрессора усугубила бы изоляцию Китая, что с американской точки зрения является благоприятным исходом. Китайское руководство, похоже, еще не решило, превратит ли искалеченный Путин Россию в ценную экономическую колонию или в досадное бремя. Вот замечательное заключение шанхайского аналитика с хорошими связями, опубликованное в Интернете на мандаринском и английском языках:

Китай не может быть привязан к Путину и должен быть отрезан как можно скорее… Пребывание в одной лодке с Путиным повлияет на Китай, если он потеряет власть. Если Путину не удастся добиться победы при поддержке Китая, перспектива, которая в данный момент выглядит безрадостной, у Китая не будет достаточно влияния, чтобы поддержать Россию. Закон международной политики гласит, что «нет вечных союзников и вечных врагов», но «наши интересы вечны и непреходящи». В нынешних международных обстоятельствах Китай может действовать, только защищая свои собственные интересы, выбирая меньшее из двух зол и как можно скорее избавляясь от бремени России.

Пост набрал миллион просмотров , прежде чем был заблокирован властями.

Будущее, где выбран путь вступать в бой с Китаем во время конфронтации с Россией было бы стратегическим идиотизмом. Тем не менее, Китай является потенциальным врагом. Откровения украинской войны применимы. Альянс, заключенный с Австралией и Великобританией для сохранения «свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона», не должен увядать, как многие предыдущие обязательства США. «Развязка» цепочки поставок , начавшаяся с Дональда Трампа и пандемии Covid-19, должна быть значительно усилена, иначе экономика США останется заложницей прихотей очередного недружественного деспота. Тайвань должен быть обеспечен лучшим оборонительным вооружением, которое можно создать с помощью технологий и купить за деньги.

Ничто из этого не должно быть истолковано как провокация. Речь идет о ясности цели — о пробуждении, постукраинском, от американского догматического сна. Мир — опасное место. Мы не можем ожидать, что газообразные абстракции вроде «международного сообщества» или «истории» будут нести американское бремя. Мы не можем ставить [ американскую] безопасность на политику колониальной вины или ненависти к себе. Вместе с союзниками американцы должны быть готовы продвигать свои интересы и идеалы, как это делала каждая нация в реальной истории.

Будущее, где пять элементов лучшего мира

Предсказание — это всегда игра дураков, но не более того, когда события находятся в седле. Ничего не решено. Конфликт в Украине был источником многочисленных потрясений и сюрпризов, и нет никаких оснований полагать, что это изменится. У тех, кто любит катастрофы, как у средств массовой информации, будет много возможностей найти их: например, хаотичная Россия, спровоцировавшая ядерный холокост, не является чем-то невероятным.

Точно так же появились некоторые потенциальные результаты, которые еще месяц назад были бы высмеяны как безумно оптимистичные. Ниже я предлагаю краткий список положительных результатов в качестве аналитического эквивалента веселой игры: по моему опыту, рефлексивное уныние имеет тенденцию отключать продуктивное мышление. Считайте это видением, а не пророчеством, лучшего мира.

Первое: Довоенный геополитический порядок исчез.

Помните, когда Covid-19 был самой ужасной катастрофой в истории человечества? Вы, наверное, не можете представить. Мы сейчас живем на другой планете. Будущее, чреватое интересными возможностями, выковывается в вихре событий: у нас нет иного выбора, кроме как участвовать.

ВТОРОЕ: Путин застрял в дерьме и, возможно, уже выбирается.

Помните, когда Афганистан доказал ужасающую некомпетентность правительства США? Оказывается, можно и хуже. Побежденный Путин, как и любой слабый силач, был бы чем-то вроде противоречия в терминах: без способности внушать страх персонаж, цепляющийся за свой позолоченный стул в Кремле, был бы скорее оболочкой своего прежнего смутьяна. Как долго это может продолжаться, можно только догадываться.

ТРЕТЬЕ: демократическая Россия возможна.

Запад мало контролирует события внутри России. Политическая нестабильность в стране, изобилующей ядерным оружием, станет пугающим зрелищем. При всем при этом не следует ставить на то, что на обломках путинского режима появится «нормальная» Россия, то есть страна, более заинтересованная в экономическом благополучии, чем в реваншистской агрессии. Лучше признать, что полностью демократическая Россия — это далекое будущее, на которое можно искренне надеяться.

ЧЕТВЕРТОЕ: Китайцы смотрят.

Ваш самый важный союзник ранен и может быть повержен. Один целеустремленный солдат с ракетной установкой может уничтожить ваш лучший самолет и броню. Тайвань – это Украина, только богаче, изощреннее и окруженная водой. Когда ваша экономика терпит крах, зачем отталкивать самых высокооплачиваемых клиентов? Вы — Си Цзиньпин и, подумав, решаете, что завоевание Тайваня следует оставить следующему поколению, которое вы так тщательно воспитали в принципе «полного воссоединения родины».

ПЯТОЕ: Демократии стоят прямо, расправив плечи.

Украинцы не дерутся с русскими из-за местоимений. Здесь напомнили, что все системы и нации не равны. Некоторые, как и американская, обеспечивают больше свободы, терпимости и порядочности, чем мог мечтать путинский приспешник. Несмотря на то, что им проповедует элита, подавляющее большинство американцев всех рас и состояний верят в это. Ожидайте, что они выйдут из шкафа.

Сумеречная борьба с тиранией никогда не может закончиться, и дуга истории изгибается в сторону тех, кто вступает в нее.

Мартин Гурри

Источник

Отношения Россия -Китай и санкции

Новая война будущего с участием сверхдержав- почему

Оставьте комментарий